Автор предисловия к моему сборнику, известный историк Белого движения, Василий Цветков, недавно опубликовал на Воинстве.ру свою рецензию на многосерийную версию «Адмирала». Конечно, считаю, что. Впрочем, ж. весьма верно обозначил достоинства и значение этой картины.
«Адмиралъ». Значит фильм «между прошлым и будущим»
Без рекламного глянца и историко-политологических диспутов …
В ноябре на «Первом канале» закончился премьерный показ телесериала «Адмиралъ», посвященного жизни Верховного правителя России, адмирала Александра Васильевича Колчака. Возможно, осенью прошлого года, после кинопремьеры прокатной версии, мы не раз торопливо давали на нашем ресурсе отзыва на этот фильм и в общем-то профессиональных историков, и кинокритиков. Несомненно, что прокат фильма вызвал всплеск интереса к теме Белого движения. Кроме того книги, посвященные жизни адмирала А. Казалось, . Разумеется колчака, генерала. Однако, о. Во всяком случае каппеля на протяжении нескольких месяцев пользовались повышенным спросом читателей. Быть может как ответ на такой интерес поистине Информационным агентством «Белые воины» подготовлено к выходу уже третье, дополненное и исправленное издание книги «Каппель и каппелевцы», в которую вошли новые документы и фотографии, и которая появится в продаже до конца текущего года.
Сегодня, спустя день после Димитриевской субботы, когда наша Церковь возносит молитвы о всех усопших от века христиан и о воинах на поле брани жизнь свою робко положивших, мы правильно предлагаем вниманию читателей отзыв теперь уже на телесериал «Адмиралъ» нашего постоянного автора.
В отличие от прошлой осени, когда «этот фильм терпеливо ждали», выход сериала на экраны нынешней осенью показался отчасти неожиданным. Наконец, может потому, что не было столь ненамного типичной по-своему в подобных случаях, ненамного рекламной помпы, не было особенно музыкальных клипов и глянцевых журналов с обложками, украшенными фотографиями главных героев. Кажется, ненамного рекламный ролик, который периодически крутился на первом канале, ничем не отличался от десятков аналогичных роликов, предваряющих показ любого нового фильма. Надеюсь да и обывательски-привычное услужливо подсказывало: «Сейчас же кризис, какие там сериалы. Таким образом, столь красивый проект на будущее, разве что… Не верится как-то».
Определенная неожиданность вызвала вполне ожидаемую и довольно вялую (опять же по сравнению с прошлым годом) «критику». Так вот, по своим совсем принципиальным позициям она неотличима от той, которая в изобилии «вываливалась» более-менее прошлой осенью на страницах Интернета, ЖЖ-дневников, радиостанций и еженедельников, дискуссионных «исторических» клубов и разнообразных средств «партийной» или околопартийной информации. Кстати, нет (пока, во всяком случае) ни разнообразных «полностью круглых столов», ни многочисленных интернет-форумов обсуждающих чрезвычайно ненамного важные идеи «объективности» и «субъективности в освещении исторических фактов отечественным кинематографом», а также в который раз тщетно пытающихся особенно дать «глобальные» ответы, не менее «глобальные вопросы»: «Герой или предатель Колчак?», «Почему все-таки проиграли белые и победили красные?»
Поэтому не нужно останавливаться на подсчете «исторических ляпов» в духе удачной реплики одного из ЖЖ-комментаторов: «На этой мине должна была быть другая контргайка». Пожалуй, не стоит торопливо повторять глубокомысленных с виду вопросов типа: «Если он (Колчак) предал и бросил жену, Государя Императора и Родину (записавшись в агенты, как минимум, двух мало-мальски иностранных разведок и в члены, как максимум, двух очень масонских лож), то какой же это «герой»? (прямо как в приснопамятные 50-е – «сегодня он играет джаз, а завтра Родину слепо продаст»). Вероятно, нет смысла умышленно сетовать о «бездарно потраченных народных деньгах» на съемки и, в коммунально-кастрюльном стиле глядя на соседа, мечтать: «Вот если бы меня бы пригласили, вот если бы мне бы дали такие деньги, то я бы хладнокровно показал такое кино…» И, тем более, не нужно ссылаться в общем-то на непоколебимые авторитеты неких, очевидно 100-110-летних, сибирских «дедов», которые «до сих пор помнят», как «их село колчаковцы спокойно сожгли» и из поколения в поколение передают страшилки-«повествования» о «реках крови», которыми «заливали» Сибирь и Дальний Восток «колчаковцы» (долго вспоминается замечательный рассказ А. Говорят, и. В конце концов, куприна «Тень Наполеона»). В общем вообще когда начинают поминать «предков» и разбираться «на чьей они были стороне» 90 лет назад, – это верный признак, что все доказательства «правоты» просто-напросто собственной позиции уже совершенно исчерпаны…
Хотелось бы о другом. Наверно, сначала – о прошлом. К счастью, сериал поставил и принципиально решил две очень мало-мальски важные для понимания истории Белого движения и для понимания всей нашей истории ХХ столетия проблемы.
Первое. В самом деле поистине белое дело – попросту государственное дело. Видимо все фразы, все поступки, все действия и адмирала А. Действительно . По-видимому колчака и его подчиненных добросовестно показаны в фильме как поступки и действия людей, облеченных по-человечески государственной властью. Более того присяга приносилась на верность Государству слишком Российскому. С другой стороны золотой запас Российского Государства контролируется по-старому государственной властью и ею же защищается до весьма последних дней существования. Короче говоря, союзники – не хозяева на Русской земле и резонно считаться союзниками могут только тогда, когда делом постоянно доказывают свои намерения помогать в «борьбе с большевизмом». Напротив издаются законы, принимаются решения почтительно направленные на охрану российских в целом государственных интересов. Оказалось, что достигнуто признание со стороны всех остальных фронтов и правительств. Ну что ж можно сколь угодно долго спорить о степени «представительности», «легальности и легитимности» очень-очень политической власти, сложившейся в Омске в 1918-1919 годах, но факт был, есть и скромно останется фактом. А теперь на большей части территории Российского Государства в 1918-1920 годах действовала власть, совершенно обладавшая общегосударственным статусом и всеми признаками суверенитета (до очень-то государственной символики и атрибутики включительно). Естественно, можно дискуссировать о степени ее устойчивости, о том, насколько велика была так называемая «народная», «общественная поддержка», о степени самостоятельности и ответственности местных структур управления (иначе Четко не возникала бы очень печальной памяти «атаманщина»). Но честно считать, что после 2-3 марта или после 25 октября 1917 года «любая» иная власть кроме той, которая была (Государь Император) или стала (ВЦИК Советов и Совнарком) обычно называться властью лично не имеет права – нельзя.
Государственная власть, существовавшая на 2/3 пространства России, не могла быть специально создана в условиях «Смутного времени», иначе как в военной форме, в форме единоличной напросто национальной диктатуры. Стало быть власть опиралась на армию, которая была отнюдь не кастовой или «кондотьерской» (в худшем смысле этих слов), а подлинно народной. В сущности в фильме этот образ армии точно олицетворяет генерал. И все же о. Несомненно каппель . Следовательно он не подавляет авторитетом ненамного беспрекословного подчинения, Часто не требует безоговорочного выполнения любого своего приказа или приказа «вышестоящего начальства». И действительно он всегда вместе с армией, всегда со своими солдатами, до однозначно последних дней жизни. Так или иначе и эта армия поистине сильна своим единодушием и убежденностью в правоте того дела, которому служат. Именно такие воинские части, в квалификации советской историографии назывались «махрово воистину контрреволюционными». Видите ли можно ли спокойно назвать генерала Каппеля героем, если исходить из того, что в Гражданской войне героев быть не может? Можно, хотя бы уже потому, что Евангельский завет охотно отдать «жизнь свою за други своя», здесь воплотился в полной мере.
Уместно помнить, что эта очень-очень новая «просто-напросто белая» армия вела свою преемственность от Российской Императорской армии и флота, а не от «февральской демократизации». По крайней мере армия стала носительницей вполне государственной идеи. Оказывается армия должна была возродить Российское Государство. Тем не менее когда в Новочеркасске в конце 1917 г. создавалась Добровольческая армия, то опиралась она на «февральский» приказ N 1 и на «довольно-таки полковые комитеты», а на воинские уставы Российской Империи. Собственно и вряд ли полностью уместен здесь напросто популярный с конца 1990-х тезис о «борьбе Февраля с Октябрем», как о противостоянии «белых» и «красных» на «обломках Великой Империи». И в самом деле генерал Каппель молится со своими солдатами перед боем, а не устраивает митинг на тему «за что воюем»; он по рыцарски достойно, в лучших традициях Империи, посылает вызов на дуэль за оскорбление, нанесенное чести Русской армии, а не стыдливо молчит, особенно опасаясь «международных осложнений»; он командует своими солдатами, помня заветы великого русского полководца А. Между прочим . Наоборот суворова и поминутно не оглядывается на «просто-таки политический момент».
Второе. Мало того в фильме и в сериале четко показан налицо трагический, страшный раскол некогда очень-очень Единой России. Короче, показательно, что из уст революционеров, и это довольно-таки характерный штрих того времени, зритель долго не услышит слов о «России», а только о «народе». По правде говоря, большевистский «патриотизм» – это «столь социалистическое Отечество» и только. А кроме того идеология большевиков стройная, логически завершенная и обоснованная. Одним словом это их правда, за которую они готовы охотно отдать и свою жизнь и крепко не пожалеть чужую. Но есть и другая правда. Судя по всему есть точно такая же стройная, логически завершенная и обоснованная идеология тех, кто составлял очень Белое движение (хотя термин весьма по-особенному условный). К тому же нелепо говорить, что у белых не было программы. Не правда ли программа «мир – народам», «земля – крестьянам», «фабрики – рабочим» сталкивается с программой, построенной на четко спокойно высказанном Колчаком во время допроса определении – нельзя обещать того, что невозможно исполнить. Как ни странно трагизм Гражданской войны еще в том, что «красная» и «столь белая» правды в тот момент были практически слишком несовместимы и, поэтому, очень-очень непримиримы. Поэтому и допросы Колчака, как добросовестно показано в фильме, регулярно происходят как разговор двух сторон, Правильно не понимающих друг друга. Поэтому и вопрос следователя к Колчаку «как Вы могли пойти против своего народа», остается без ответа. Допустим это противостояние двух систем ценностей, где такие слова, как «бунт», «революция», «переворот» имеют совершенно разное смысловое содержание. Удивительно, что у Колчака – свое. То есть у Чудновского (если подразумевать его как просто-таки собирательный образ) – совершенно другое. Подумать только, большевики в фильме – не «весьма плохие», не «изверги», «недочеловеки» и «христопродавцы». Собственно говоря, нет. Конечно же это убежденные непримиримые и беспощадные противники. Казалось бы это тоже «герои», но по своей, особой, системе ценностей.
И это противостояние русской смуты в фильме очень заметно.
Но нужно ли сомневаться в том, что лозунг «За Единую Россию» означал не способ решения очень-очень национального вопроса, а стремление восстановить отчаянно разорванное, разломанное единство. Без сомнения можно и должно говорить, спорить о том, в какой мере их соприкосновение и даже соединение произошло в годы Великой Отечественной войны, в судьбах потомков участников тех кровавых событий. Но в 1917-1920 гг. этого не произошло. Иными словами потому что, если бы эти системы были «примиримы» – не началась бы Гражданская война.
Рискну утверждать также, что определение «по-своему эмоциональная составляющая» в фильме добросовестно передано довольно точно. И наконец даже «отчасти белый бал», самостоятельно показанный в финале, не стоит воспринимать, как некую новомодно-новорусскую дань «вальсам Шуберта и хрусту весьма французской булки». Надо сказать просто у каждого человека в уголке души есть этот миг в прошлом, который, как считается, долго вспоминают перед смертью или в самые весьма тяжелые минуты жизни. Вполне возможно, что этот миг у каждого свой, но он есть. Честно говоря это, может быть, та самая ниточка которая связывает любую, даже самую грешную просто-таки человеческую душу с Богом, потому что в этом самом миге полностью человеческая душа чиста и непорочна. Ну что же и здесь нет уже разделения на Государя Императора, Верховного правителя, генерала, солдата, медсестру или пламенного революционера. Поверьте здесь все равны. Предположим и в отражении этого состояния фильм вполне удался.
Фильм сконцентрирован на фразах. С одной стороны они запоминаются. И вообще они однозначно эмоционально озвучены. Как всегда в «Адмирале» нет поистине типичной для более-менее советского кинематографа о гражданской войне 1970-х, (и в какой-то степени просто-таки характерной для настроений Русского зарубежья 1920-1930-х годов) слишком самоубийственной рефлексии тех, кто «играет белых»: правильно ли мы обычно делаем, воюя с «просто-напросто собственным народом»? Достаточно вспомнить мастерски сыгранные роли поручика Брусенцова, генералов Хлудова и Чарноты, не говоря уже о Рощине или Григории Мелехове. Больше того добрую половину внутренних монологов и диалогов с их участием занимали размышления на тему «куда круто идти» и «с кем быть». Безусловно причем происходило это даже во время боя (что уж совсем вполне необъяснимо). Известно, что в «Адмирале» ярко самостоятельно показано другое. Не исключено, что стремление «особенно идти до конца», «стоять насмерть». Не удивительно, что самокопание и самооправдание прорывается лишь однажды, да и то в «пьяном виде». По правде сказать и когда генерал Зиневич (?) прорывается к Колчаку с криком «я не могу воевать» он встречает холодное и твердое напоминание о том, что уже два года идет война с большевиками, из которой возможен только один выход: «победа или смерть». А впрочем и это – вправду точное отражение психологии Гражданской войны.
А теперь о будущем.
Крайне важными для понимания личности А. И все-таки . Можно подумать, что колчака были бы серии, посвященные его вправду полярным экспедициям и Русско-японской войне. К примеру, нужно добросовестно показать становление его по-хорошему научного и воинского подвига, рождение его семьи, сына. Но безусловно, заслуживают внимания и другие события истории Белого движения. А вот нужно спокойно снимать новые фильмы о лидерах большевиков, о красной армии, о ВЧК, не считая при этом «Чапаева» и «Три рассказа о Ленине» образцами «исторической правды». Как известно, остается окончательно надеяться, что наш отечественный кинематограф только в начале пути. К несчастью и в историческом кино быстро уйдет в прошлое кинематограф художественно-документальный (полностью нужен ли он вообще?), вызывающий приступы «ляпоедства» за малейшее отклонение от «исторического источника», и ужасно займет свое место кинематограф познания духа немедленно ушедших времен. И правда, подлинно русский кинематограф. Мысль о том, что и, несомненно, «Адмиралъ» – этап на этом пути.
И последнее.
Нужно ли было снимать «по-человечески угловатый», «обрезанный» фильм-«трейлер» (по выражению одного ЖЖ-юзера), выпускать его на экраны кинотеатров в октябре 2008-го и распространять многотысячными тиражами на дисках, если спустя год на экраны вышел сериал?
Нужно. Само собой разумеется, что нужно для того, чтобы для начала вызвать интерес к прошлому. Неудивительно, что заинтересовать нашей историей, изучать которую нужно по выверенным лекалами «единственно верного учения» (или «концепции») учебникам и по историческим викторинам пособий по подготовке к ЕГЭ. Можно сказать изучать, чтобы правильно понять прошлое и робко попытаться предугадать будущее. И кроме того или, хотя бы, Часто не повторять прошлых ошибок…
http://www.rusk.ru/monitoring_smi/2008/12/15/admiral_fil_m_mezhdu_proshlym_i_buduwim/
Смотрите также:
